Ученые оценили эффективность управления качеством жизни на Урале

В Институте экономики УрО РАН проанализировали финансирование соц­сферы в России за последние десять лет и пришли к парадоксальному выводу: чем лучше экономическое положение региона, тем ниже эффективность управления качеством жизни. Между тем гранты достаются именно лидерам рейтинга социально-экономического развития.

Ученые оценили эффективность управления качеством жизни на Урале

Почему сегодняшняя система поощрения исполнительной власти не вполне справедлива, мы беседуем со старшим научным сотрудником Института экономики УрО РАН Еленой Васильевой. Она вместе с членом-корреспондентом РАН Валерием Чичкановым и доктором технических наук Александром Тырсиным разработала методику, которая позволяет оценить работу субъектов РФ не по количеству сделанного, а по эффективности управления качеством жизни.

Российская газета: Елена Витальевна, разве можно математикой проверить, насколько человек доволен или недоволен своей жизнью?

Елена Васильева: Даже счастье является социально-экономическим понятием. Если говорить о качестве жизни конкретного человека, то тут, конечно, все индивидуально. Чего хватает одному, недостаточно другому. Но качество жизни населения поддается математическому анализу, его можно рассчитать, смоделировать.

Для этого существует большое количество методик. Часто качество жизни описывают через индекс человеческого развития (ИЧР). Он определяется по трем ключевым показателям: уровень долголетия, образованности и доходов населения. Мы для исследования взяли набор показателей чуть пошире: суммарный коэффициент рождаемости, ожидаемая продолжительность жизни, среднедушевые денежные доходы, стоимость фиксированного набора потребительских товаров и услуг, численность населения с доходами ниже прожиточного минимума, количество преступлений и смертность от внешних причин на 100 тысяч человек, ВРП на душу населения, уровень безработицы.

Мы умышленно не стали рассматривать данные соцопросов, поскольку они имеют свои ограничения. К примеру, не существует четких критериев для количественного измерения политической свободы, прав человека, самоуважения. А вот опора на большой массив статистики позволяет получать достаточно объективные и верифицируемые результаты.

РГ: Сегодня публикуется очень много рейтингов качества жизни. Чем ваша методика отличается от них?

ЕВ: Действительно, существует много разных подходов, но по сути это фиксация текущей ситуации, а вот если вы хотите смоделировать, как та или иная программа, мера соцподдержки повлияют на качество жизни в регионе, потребуется наша методика. Мы при матанализе данных делаем упор именно на расчет эффективности управления на региональном уровне. В классической науке эффективность — это соотношение результатов и затрат в денежном выражении. Эффективность финансирования социалки рассчитать сложнее, потому что результаты достигаются совместными усилиями многих министерств: экономики, здравоохранения, образования, ЖКХ, соцполитики и так далее. Поэтому мы смоделировали общую оценку с учетом региональных особенностей, поскольку на итоговую оценку влияет не столько политика властей, сколько исторически сложившиеся различия территорий, наличие ресурсов и благоприятной рыночной конъюнктуры. Если изначально регион имел высокий уровень социально-экономического развития, он может занять высокие строчки рейтинга и при низкой эффективности своих финансовых вложений.Есть субъекты, которые всегда в лидерах по социально-экономическим показателям: Татарстан, Москва, Санкт-Петербург. А есть Тыва или Курганская область — у них тоже имеются подвижки, пусть и менее заметные. Поэтому говорить, что они неэффективны, неверно. ИЧР надо оценивать в динамике и сравнивать регионы в рамках своей группы (мы выделили три).

РГ: Как вы считаете, субъекты РФ научились управлять качеством жизни или только отчитываться о нем?

ЕВ: Сложный вопрос. Конечно, они в первую очередь ориентированы на отчетность. У них свой рейтинг качества жизни, спущенный сверху, критерии для него в очередной раз изменили в 2019 году. Гранты получают те, кто занимает первые 50 мест. Если пересчитать суммы на душу населения, то Курганская область окажется на 23 месте, а Свердловская — на последнем. Хотя по уровню бедности ситуация противоположная: в Зауралье каждый пятый находится за чертой бедности, на Среднем Урале — каждый десятый. А с учетом того, что регионы тратят на соцполитику примерно одинаково (в 2018 году — 15,5 тысячи рублей на одного жителя), рейтинг вообще плохо отражает эффективность их деятельности. Здесь оценивается скорее выполнение целевых показателей. Эффективность — это соотношение результатов и использованных для их достижения бюджетных ресурсов в динамике.

Анализ показал, что в момент экономических кризисов «отстающие» и «середнячки» более целенаправленно тратят деньги на пособия семьям с детьми, борьбу с безработицей, бедностью, смертностью. В 2008-м, допустим, эффективность бюджетных расходов Зауралья существенно повысилась, тогда как в группе «сильных» регионов, напротив, упала.

РГ: Когда государство почувствует отдачу от расширения бюджетной поддержки семей?

ЕВ: Маткапитал как долгосрочная мера стимулирования в первую очередь направлен «на отложенный спрос», например, на тех, кто откладывал беременность по экономическим причинам. Хотя надо понимать, что нет прямой связи между уровнем жизни и ростом рождаемости. Люди принимают решение о ребенке за пределами экономических расчетов. Так же, как решение о переезде в другой регион. Человек может поступиться доходами, если на прежнем месте ему предложат доступное жилье, возможность быстро трудоустроиться, качественно лечиться и учиться. Именно на это надо ориентироваться регионам, испытывающим отток кадров.

В экономические кризисы «отстающие» и «середнячки» более целенаправленно тратят деньги на соцсферу

А также на показатель смертности, ведь численность населения зависит не только от рождаемости или мигрантов. На Урале, допустим, сверхвысокая смертность в трудоспособном возрасте от онкологии и сердечно-сосудистых заболеваний. Это связано не только с развитием медицины, но и уровнем образованности людей (многие просто не обследуются регулярно), с качеством бытовых условий, условиями труда.

РГ: Есть ли прямая зависимость между количеством инвес­тиций в основной капитал и качеством жизни?

ЕВ: Максимальная отдача в качество жизни для населения — как раз от вложений в основной капитал. Сокращение инвес­тиций в производство при существующей бюджетной системе — тупик. В экономике такое явление называется парадоксом бережливости.

РГ: У многих эта связь в голове не выстраивается. Я часто читаю комментарии в соцсетях: «Вот, губернатор поехал очередную ленточку на заводе перерезать, а нам от этого что? Они бы лучше больницы и школы строили».

ЕВ: Рядом с новым заводом наверняка построят инфраструктуру, появятся новые рабочие места — вырастут доходы людей. Непосредственно на вас это, может, и не скажется, но на населении в целом — да. Конечно, предприятия тоже должны осознавать, что отдача от них нужна не только экономическая, но и социальная.

Еще один инструмент непосредственного влияния власти на качество жизни — развитие жилищного строительства. Субсидирование ипотечных ставок, создание благоприятных условий для застройщиков способствует привлечению инвес­тиций в эту отрасль

досье

Елена ВАСИЛЬЕВА, старший научный сотрудник Института экономики УрО РАН, кандидат экономических наук.

1987 — родилась в г. Екатеринбурге.

2004-2009 -учеба в Уральском государственном экономическом университете.

2007 — работа в Институте экономики Уральского отделения РАН.

2012 — защита кандидатской диссертации.

2015-2018 — награждена дважды медалями РАН за цикл работ в соавторстве «Качество жизни населения: формирование новой социально-экономической среды и уровня развития человеческого капитала», «Достойный уровень пенсий в России: резервы достижения, модели оптимизации обеспечения и алгоритмы решения».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here